Английский перевод (6000 знаков) Cooperating on Iran
As the Bush administration wrestles with changes in the U.S.-Russia relationship, the issue of Iran's nuclear proliferation has re-emerged as the most important source of tension between the two states. This past weekend, the U.S. State Department imposed sanctions against two Russian firms based on "credible information" that they were selling equipment that could assist Iran in its quest for weapons of mass destruction.
The bogeyman of Russians providing Iran with "the bomb" remains alive and well in Washington. Indeed, at a hearing convened by the House International Relations Committee on March 18, the question of Russian support for Iran's nuclear program was repeatedly raised by members of Congress and cited as a major stumbling block for the development of partnership between the two countries. Successive U.S. administrations have viewed Russia as Iran's foremost nuclear supplier and thus believe that getting Moscow to cease all cooperation with Iran -- even in areas permitted under the Non-Proliferation Treaty -- is the principle counter-proliferation measure.
However, given Iran's rapid pace toward self-sufficiency, cutting off Russian assistance will no longer have a material impact on Iran's nuclear path. Iran can cross the nuclear threshold without receiving a single addition piece of Russian-manufactured dual-use technology.
Over the past few years, a series of revelations have revealed that the Islamic Republic is increasingly employing its civilian nuclear research program to gather sufficient knowledge and expertise to achieve a nuclear weapons capacity. The first shock came in August 2002, when U.S. intelligence reported that Iran had built extensive facilities for enrichment of uranium in Natanz. The Natanz installation currently contains 160 centrifuges needed for this purpose, with another 1000 under construction. The plan is to have 5000 operational centrifuges within three years.
In addition, it appeared that Tehran was completing another facility at Arak for heavy water production. The most recent IAEA inspection team has ominously found many traces of concentrated fuel suggesting that Iran has largely completed an indigenous fuel cycle. Given the sophisticated nature of Iran's program, traditional tools of counter-proliferation such as pressuring Russia and other countries not to engage in trade with Iran and instituting a more rigorous export control policy are unlikely to succeed.
Given that neither IAEA's more intrusive inspections nor pressure on Iran's suppliers is likely to obstruct Tehran's path, Washington has to devise a new strategy of pressure where Russia is an active participant. Tehran will only abandon its WMD program if it is made clear that violation of clearly demarcated red-lines -- including the testing and deployment of nuclear weapons -- would lead to Iran's total economic and diplomatic isolation.
The Islamic Republic remains vulnerable to multilateral economic pressure, particularly from its more reliable commercial partners such as the EU and Russia. Indeed, it was only after the European states suspended their trade discussions with Iran that the mullahs agreed to sign the additional protocols.
And this is a threat that the regime cannot ignore. Increasingly pressed to provide economic opportunities to a more and more restive (and young) population, Tehran needs trade and investment for survival much more than nuclear arms. As long as U.S. economic sanctions remain in place, Iran's Moscow connection is a vital lifeline and so gives Russia a good deal of influence.
If the United States is serious about preventing an Iranian nuclear breakthrough, Russia has to be a major part of the solution. A U.S. policy of continuously decrying Russian conduct and imposing sanctions and penalties is guaranteed to lead to Kremlin intransigence, at a time when cooperation is needed.
Moreover, the sanctions have no practical impact. The companies sanctioned are not seeking any investment from U.S. sources nor have any prospects for business deals with American firms. The only tangible result is an irritated Russian Foreign Ministry. Meanwhile, the Iranian government hopes to exploit dissension between the United States and its key partners in Europe and Asia to deflect attention away from its WMD programs.
Shifting the focus away from Russia's business deals onto Iran's treaty obligations is an appropriate first step. The onus should not be placed on Russian companies to prove beyond a shadow of a doubt that technology they legally sell to Iran is being used for nefarious purposes. Russia cannot be expected to accept U.S. calls for isolating Iran, especially when nothing substantive is being offered in return.
Both Moscow and Washington, however, want a non-nuclear Iran. So rather than pressing the Kremlin to abandon all ties between Russia and Iran, the Bush administration would be best served by enlisting Russian help to monitor the situation in Iran, and, if necessary, to serve as an intermediary between Washington and Tehran.
Russian-American cooperation has helped to defuse the tensions on the Korean peninsula. There is no reason this model could not work in the Persian Gulf as well.
К вопросу о сотрудничестве по Ирану ("The Moscow Times", Россия)
В то время как администрация Буша старается устранить возникшие трения в отношениях между Россией и США, вдруг особо острое звучание вновь приобрел вопрос распространения ядерных технологий в Иране, который всегда вызывал особое напряжение в отношениях двух государств. В конце прошлой недели Госдепартамент США наложил санкции на две российское компании на основании имеющейся у него 'заслуживающей доверия информации' о том, что они продавали в Иран оборудование, которое может быть использовано при разработке оружия массового поражения.
Страх того, что Россия может помочь Ирану создать свою бомбу, все еще жив в США. И действительно, на слушании 18 марта с.г., проведенном в комитете по международным отношениям при палате представителей, вопрос о возможности российской поддержки ядерной программы Ирана неоднократно поднимался конгрессменами. Они называли его камнем преткновения для развития партнерства между США и Россией. Уже несколько американских администраций подряд рассматривали Россию в качестве наиболее вероятного поставщика ядерных технологий в Иран, и поэтому считали, что для того, чтобы остановить распространение ядерных технологий, необходимо прежде всего прекратить партнерство России и Ирана в этой области, даже и в тех сферах, которые не запрещаются Договором о нераспространении.
Однако, принимая во внимание высокий уровень самостоятельности Ирана в этом вопросе, прекращение помощи России больше уже не будет иметь никакого значения. Иран может переступить порог ядерного клуба уже и без того, чтобы Россия поставила ему какие бы то ни было технологии двойного назначения.
За последние несколько лет серия открытий, произведенных в Иране, показали нам, что эта исламская республика все в большей степени использует свои гражданские программы ядерных исследований для того, чтобы накопить опыт и знания для последующей разработки ядерного оружия. Первые шокирующие новости поступили в августе 2002 года, когда разведка США доложила, что Иран построил производственные мощности для обогащения урана в Натанце. В настоящее время этот завод оснащен 160 центрифугами для обогащения урана. Сооружается еще 1000. Имеются планы через три года иметь 5000 рабочих центрифуг.
Кроме того, оказалось, что Тегеран завершает строительство еще одного завода по производству тяжелой воды в Араке. Последняя инспекция Международного агентства по атомной энергии нашла много следов концентрированного ядерного топлива, что дает возможность предположить, что Иран по большей мере завершил процесс подготовки топлива. Принимая во внимание продвинутый характер программы, осуществляемой Ираном, традиционные меры борьбы с распространением ядерных технологий, такие как, например, оказание давления на Россию и другие страны в плане запрещения торговли с Ираном и установления более жесткой политики контроля над экспортом, вряд ли возымеют действие.
Принимая во внимание тот факт, что даже самые дотошные инспекции и давление на поставщиков Ирана не заставят Тегеран свернуть программу, Вашингтон должен выработать новую стратегию, в которой активную роль надо предоставить России. Очевидно, что Иран прекратит разработку ядерного оружия лишь тогда, когда поймет, что нарушение четко установленных запретов, таких как запреты на проведение испытаний и развертывание ядерного оружия, приведет к полной экономической и дипломатической блокаде страны.
Исламская республика Иран очень чувствительна к международному экономическому давлению, особенно, со стороны ее самых надежных партнеров в лице Евросоюза и России. На самом деле, только лишь после того, как страны Европы приостановили торговые отношения с Ираном, муллы согласились подписать дополнительные протоколы.
Эту угрозу режим не может проигнорировать. Вследствие возрастающей необходимости обеспечить возможности экономического развития все более и более норовистого и молодого населения, Тегеран испытывает большую необходимость в развитии торговли и инвестициях для выживания, чем в ядерном оружии. Покуда наложенные США санкции остаются в силе, московские связи Ирана жизненно важны для него, и поэтому Россия имеет в регионе большое влияние.
Если США всерьез хотят предотвратить прорыв Ирана в сфере ОМП, то действовать надо через Россию. Американская политика постоянного осуждения российской политики и наложения санкций и штрафов, несомненно, приведет к отказу Кремля в сотрудничестве, когда это сейчас так необходимо.
Кроме того, у санкций нет практической стороны. Компании, на которые они наложены, не ищут инвестиций в США, да и не собираются вовсе вести деловые отношения с американскими фирмами. Единственный результат такой политики США - раздражение Министерства иностранных дел России. Тем временем Иран как раз и надеется посеять противоречия между своими партнерами в Европе и Азии с одной стороны и США с другой, чтобы таким способом отвлечь внимание Америки от своей ядерной программы.
Прежде всего, необходимо сместить акценты политики в области нераспространения с оказания давления на российских предпринимателей на соблюдение Ираном своих обязательств по Договору. На российские компании не должна падать тень от того, что технологии, которые они в соответствии с действующим законодательством продали в Иран, используются им в своих целях. От России нельзя ожидать того, что она последует призывам США бойкотировать Иран, в особенности же, когда ничего не обещается взамен.
Однако очевидно, что ни Москва, ни Вашингтон не хотят, чтобы в Иране было ядерное оружие. Поэтому вместо того, чтобы требовать от Кремля прекратить все контакты с Ираном, администрация Буша следовало бы привлечь Россию к осуществлению контроля над ситуацией в Иране, и, при необходимости, к тому, чтобы она выступила посредником между Вашингтоном и Тегераном.
Российско-американское сотрудничество помогло разрядить обстановку на Корейском полуострове. Нет причин думать, что такая же схема не сработает в Персидском заливе.
|
