Хочешь скачать курсовую?
Отправь sms (кликни на свинку):
Напиши в службу поддержки свой телефон, ссылку на курсовую, время платежа, свой e-mail (туда будет выслана курсовая)
Строго говоря, военная геополитическая школа, более известная под названием милютинской, роди-лась почти одновременно со славянофильской. их возможно более глубоко раскрытые характеристики и свойства. Д. Милютин стал отцом русской геополитики, поскольку впервые оформил ее как самостоятельную науку (Милютин назвал ее "военной статистикой"). Это был необычайный человек Службу в гвардии он начал в 15 лет и в том же году напечатал свой первый военно-географический труд. В Академию Ген-штаба, где сменил Языкова на посту профессора военной географии в 1846 году Милютин издает свою знаменитую работу "Критическое исследование значения военной географии и военной статистики", в которой сразу и цельно излагает основанную на системном анализе (за семьдесят лет до появления тру-дов Богданова и Берталанфи) методику геополитического исследования. Милютинская методика, совер-шенствуясь в частностях и неизменная в основах, вот уже полтора века исправно служит русским геопо-литикам. Доверие Александра II к Милютину было безгранично (и не было обмануто). В 1861 году генерал Ми-лютин стал военным министром Российской империи - на долгие двадцать лет. Он провел военную ре-форму - самую успешную за всю историю российской армии, и, обновленная после Севастополя, армия успешно сдала экзамен на Балканах. В 1877-1878 гг. Милютин сделал большее, предварительно сформи-ровав политические условия для войны за освобождение Болгарии. Просчитанный геополитически ход - занятие Туркестана - создал угрозу Индии и тем нейтрализовал Англию. Военный союз с Германией дал последней возможность разгромить Францию и тем лишил ее возможности вмешаться в балканские дела. Ситуация 1853-1856 гг. не повторилась, Россия осталась с Турцией один на один. За отведенные ему двадцать лет Милютин создал корпорацию офицеров Генштаба и в ней сформиро-вал мощную геополитическую научную школу. Сотни офицеров - геополитиков занимались практиче-ской и теоретической геополитической деятельностью на всей территории Евразии, забираясь и в Афри-ку, и в Латинскую Америку. Издавались сотни геополитических трудов и тысячи статей по геополитике. Типичной карьерой генштабиста- геополитика этих времен стала карьера Н. Пржевальского, который из поручика, обуреваемого страстью к охоте и нетерпимого в полку за трезвость, стал генералом, членом государственных органов по стратегическому планированию и формированию политики империи; он сам стал геополитическим фактором, важнейшим препятствием политике Лондона в центральной Азии, и в лондонском Сити был веселый праздник, когда пришло известие о смерти генерала Пржевальского на берегу Зайсана. Можно вспомнить таких известных людей, как Куропаткин - военный министр, а ранее исследователь Кашгарии; Корнилов - верховный главнокомандующий, организатор Добровольческой ар-мии, а ранее исследователь Персии; Колчак - "верховный правитель" России, а ранее исследователь по-лярных морей; Маннергейм - президент Финляндии, он же - исследователь Маньчжурии и Кореи. Д. Милютин был уволен в отставку после гибели Александра II и прожил в отставке до 1912 года, че-рез своих учеников исподволь руководя военной политикой империи. На смену ему выдвинулся новый титан геополитической науки А. Снесарев.--------------------------------------------------------------------------------- Милютин Дмитрий Алексеевич, граф - один из ближайших, наиболее энергичных и заслуженных со-трудников императора Александра II . Родился 28 июня 1816 г. в небогатой дворянской семье; первона-чальное воспитание получил в университетском пансионе в Москве. 16 лет он составил и издал "Руково-дство к съемке планов" (Москва, 1832). Поступив фейерверкером в гвардейскую артиллерию, он в 1833 г. произведен был в офицеры. В 1839 г. окончил курс в военной академии. В это время он написал ряд ста-тей по военному и математическим отделам в "Энциклопедическом Лексиконе" Плюшара (т. X - XV) и "Военном энциклопедическом лексиконе" Зедделера (т. II - VIII), а также перевел статью "Суворов, как полководец", в "Отечественных Записках" (1839, IV). С 1839 до 1840 г. он принимал участие во многих делах против кавказских горцев и был ранен пулей навылет в правое плечо, с повреждением кости. В 1845 г. назначен профессором военной академии по кафедре военной географии. Ему принадлежит заслу-га введения в академический курс военной статистики. Еще будучи на Кавказе, он составил и в 1843 г. напечатал "Наставление к занятию, обороне и атаке лесов, строений, деревень и других местных предме-тов"; за ним последовали: "Критическое исследование значения военной географии и статистики" (1846), "Первые опыты военной статистики" (т. I - "Вступление" и "Основания политической и военной системы германского союза", 1847; т. II - "Военная статистика прусского королевства", 1848), "Описание военных действий 1839 г. в Северном Дагестане" (Санкт-Петербург, 1850) и, наконец, в 1852 - 53 годы главный научный труд его - классическое исследование об итальянском походе Суворова . Над этой темой рабо-тал военный историк А.И. Михайловский-Данилевский , но он умер, успев только начать исследование; по Высочайшему повелению продолжение работы было поручено Милютину. "История войны 1799 г. между Россией и Францией в царствование императора Павла I", по отзыву Грановского , "принадлежит к числу тех книг, которые необходимы каждому образованному русскому, и займет, без сомнения, весьма почетное место в общеевропейской исторической литературе"; это "труд в полном смысле слова само-стоятельный и оригинальный"; изложение событий "отличается необыкновенной ясностью и спокойстви-ем взгляда, не отуманенного никакими предубеждениями, и той благородной простотой, которая состав-ляет принадлежность всякого значительного исторического творения". Через несколько лет этот труд по-требовал уже нового издания (Санкт-Петербург, 1857); Академия Наук присудила ему полную Демидов-скую премию и избрала Милютина своим членом-корреспондентом. Перевод на немецком языке вышел в Мюнхене в 1857 г. С 1848 г. Милютин состоял по особым поручениям при военном министре. В 1856 г. он был назначен начальником штаба кавказской армии; в 1859 г. участвовал в занятии аула Тандо и в ов-ладении укрепленным аулом Гунибом, где был взят в плен Шамиль . В 1859 г. он получил звание гене-рал-адъютанта; в 1860 г. был назначен товарищем военного министра: в 1861 г. он занял пост военного министра и сохранял его в течение двадцати лет, выступив решительным, убежденным и стойким побор-ником обновления России в духе справедливости и равенства. Один из участников кружка, который со-брала около себя великая княгиня Елена Павловна , Милютин даже на министерском посту сохранял близкие отношения к довольно широким учено-литературным кругам и поддерживал тесную связь с та-кими лицами, как К.Д. Кавелин , Е.Ф. Корш и др. Задачи министерства в это время были очень сложны: нужно было реорганизовать все устройство армии и управление ею, все стороны военного быта. В ожи-дании коренного преобразования крайне отяготительной для народа рекрутской повинности, Милютин провел сокращение срока военной службы с 25 лет до 16 и другие облегчения. Одновременно им был принят ряд мер к улучшению быта солдат - их пищи, жилища, обмундировки, начало обучение солдат грамоте, запрещена ручная расправа с солдатами, и ограничено применение розг. В государственном со-вете Милютин всегда принадлежал к числу наиболее просвещенных сторонников преобразовательного движения 60-х годов. Особенно заметно сказалось влияние Милютина при издании закона 17 апреля 1863 г. об отмене жестоких уголовных наказаний - шпицрутенов, плетей, клейменья, приковывания к тележке и т. п. В вопросе о земской реформе Милютин стоял за предоставление земству возможно больших прав и возможно большей самостоятельности; он возражал против введения в избрание главных начал сослов-ности, против преобладания дворянского элемента, настаивал на предоставлении самим земских собра-ниям, уездным и губернским, избирать своих председателей. При рассмотрении судебных уставов Ми-лютин всецело стоял за строгое проведение основ рационального судопроизводства. Как только открыты были новые гласные суды, для военного ведомства был издан новый военно-судебный устав (15 мая 1867 г.), согласованный с основными принципами судебных уставов (устность, гласность, состязательное на-чало). Закон о печати 1865 г. встретил в Милютине строгого критика; он находил неудобным одновре-менное существование изданий, подлежащих предварительной цензуре, и изданий, от нее освобожден-ных, восставал против сосредоточения власти над печатью в лице министра внутренних дел, желал воз-ложить решение по делам печати на учреждение коллегиальное и вполне самостоятельное. Самой важной мерой Милютина было введение всеобщей воинской повинности. Привыкшие к привилегиям высшие классы общества весьма не сочувственно относились к этой реформе; купцы вызывались, в случае осво-бождения их от повинности, на свой счет содержать инвалидов. В 1870 г. образована была особая комис-сия для разработки вопроса, а 1 января 1874 г. состоялся Высочайший манифест о введении всеобщей воинской повинности. Рескрипт императора Александра II на имя Милютина от 11 января 1874 г. пору-чал министру приводить закон в исполнение "в том же духе, в каком он составлен". Это обстоятельство выгодно отличает судьбу военной реформы от крестьянской и судебной. Особенно характерно для воин-ского устава 1874 г. стремление к распространению просвещения. Милютин был щедр на предоставление льгот по образованию, увеличивавшихся сообразно с его степенью и доходивших до 3-х месяцев дейст-вительной службы. Непримиримым противником Милютина в этом отношении был министр народного просвещения граф Д.А. Толстой предлагавший ограничить высшую льготу одним годом и уравнять окончивших курс в университетах с окончившими курс 6 классов классических гимназий. Благодаря энергичной и искусной защите Милютина, проект его прошел целиком в государственном совете; не уда-лось графу Толстому ввести и приурочение воинской повинности ко времени прохождения университет-ского курса. Непосредственно для распространения образования в среде войска Милютиным было также сделано очень много. Помимо издания книг и журналов для солдатского чтения, были приняты меры к развитию обучения солдат. Кроме учебных команд, в которых был в 1873 г. установлен 3-годичный курс, были заведены ротные школы; в 1875 г. изданы общие правила для обучения. Преобразованиям подверг-лись и средние, и высшие военные школы; Милютин стремился освободить их от преждевременной спе-циализации, расширяя программу их в духе общего образования, изгоняя старые педагогические приемы, заменяя кадетские корпуса военными гимназиями. В 1864 г. учреждены были юнкерские училища. Число военных учебных заведений вообще было увеличено; повышен уровень научных требований при произ-водстве в офицеры. При академии генерального штаба был устроен дополнительный курс. Основанные Милютиным в 1866 г. юридические офицерские классы в 1867 г. были преобразованы в военно-юридическую академию. Все эти меры привели к значительному подъему умственного уровня русских офицеров; сильно развившееся участие военных в разработке русской науки - дело Милютина. Ему же русское общество обязано основанием женских врачебных курсов, которые в войну 1877 - 78 годов оп-равдали возлагавшиеся на них надежды; это учреждение было закрыто вскоре по выходе Милютина из министерства. Ряд мер по реорганизации больничной и санитарной части в войсках благоприятно ото-звался на здоровье войск. Офицерские заемные капиталы и военно-эмеритальная касса были реформиро-ваны; организованы были офицерские собрания; учреждена военно-окружная система (6 августа 1864 г.), переустроены кадры, реорганизовано интендантство. раздавались голоса, что подготовка для солдат, но новому положению, мала и недостаточна, но в войну 1877 - 78 годов молодое преобразованное войско, воспитанное без розог, в духе гуманности, блестяще оправдало ожидания преобразователей. За труды свои во время войны Милютин, указом от 30 августа 1878 г., возведен в графское достоинство. Чуждый всякого желания скрывать погрешности своих подчиненных, он после войны сделал все возможное, что-бы судебным расследованием пролить свет на многочисленные злоупотребления, вкравшиеся во время войны в интендантскую и другие части. В 1881 г., одновременно с графом Лорис-Меликовым и Абазой , вышел в отставку и Милютин. Оставшись членом государственного совета, Милютин почти безвыездно жил в Крыму до самой смерти, последовавшей 25 января 1912 г. В 1898 г., при открытии памятника им-ператору Александру II, Милютин был произведен в генерал-фельдмаршалы. В 1882 г. Милютин начал печатание в "Вестнике Европы" статьи "Военные реформы в царствование императора Александра II", но прервал ее после первой книжки. "Старческие размышления о современном положении военного дела в России", написанные Милютиным после русско-японской войны, опубликованы после его смерти ("Из-вестия Николаевской военной академии", 1912). - Ср. юбилейные издания к 100-летию военного мини-стерства; статьи в "Военном Сборнике" (1912), "Вестник слушателей Александровской военно-юридической академии" (1912) и "Известия Николаевской военной академии" (1912); Г. Джаншиев "Эпоха великих реформ". Д.А. Милютин последний генерал-фельдмаршал русской Армии Дмитрий Алексеевич Милютин родился в 1816 г. в Москве. Его отец Алексей Михайлович Милютин, в отличие от большинства представителей дворянского сословия, не чурался предпринимательской дея-тельности. Но, разорившись, он был вынужден ее оставить и до конца своей жизни был на службе секре-тарем комиссии по постройке храма Христа Спасителя. Увлечение отца вопросами экономики и наукой передалось и его сыновьям Дмитрию, Николаю и Вла-димиру. Семья воспитала сыновей в духе любви к труду, чуждому «чванному тунеядству — источнику зла». В результате Н.А. Милютин стал товарищем (заместителем) министра внутренних дел и фактиче-ским руководителем подготовки крестьянской реформы 1861 г. В.А. Милютин был известным экономи-стом и публицистом, профессором Петербургского университета. В Д.А. Милютине успешно сочетались энциклопедически образованный ученый, государственный и военный деятель с широчайшим диапазо-ном интересов и сфер деятельности. В 1832 г. Д.А. Милютин после окончания губернской гимназии закончил с серебряной медалью пан-сион при Московском университете и тотчас, переехав в Петербург, поступил на военную службу в 1-ю артиллерийскую гвардейскую бригаду фейерверкером, а через шесть месяцев в 17 лет получил первый офицерский чин, который открыл ему дорогу, благодаря блестяще сданному экзамену, сразу в старший класс Императорской военной академии. Окончив ее с малой серебряной медалью, что было показателем выдающихся способностей, Д.А. Ми-лютин был произведен в поручики и причислен к Генеральному штабу. В это время он также активно за-нимался научной и литературной деятельностью, сотрудничая в «Энциклопедическом лексиконе» А.А. Плю-шара, «Военно-энциклопедическом лексиконе» Л.И. Зедделера, в журнале «Отечественные запис-ки», где им было опубликовано более 150 статей по математике, механике, астрономии, геодезии, физике и военным наукам. При этом особенно примечательна публикация в журнале «Отечественные записки» (1839, № 4 и № 5) статьи «Суворов — как полководец». Эта работа, как отметил военный писатель Н.П. Жерве, явилась для многих «новым слогом и откровением». К тому времени А.В. Суворов был почти забыт, и Д.А. Милютину принадлежит заслуга «создания су-воровского культа... Он первый дал научную разработку суворовских принципов, благодаря которым полководец одерживал свои блестящие победы». Автор писал, что А.В. Суворов «в отношении к военно-му делу стоял выше своего века, никто не мог постигнуть, что он создал совершенно новый образ войны прежде, чем Наполеон дал Европе уроки новой стратегии и тактики». Он весьма критически оценивал деятельность других военачальников, поэтому по цензурным соображениям статья «Русские полководцы XVIII столетия» не была опубликована. В 1839 г. началась служба Д.А. Милютина в штабе Чеченского отряда на Кавказе, которым руководил командующий войсками Кавказской линии и Черноморья известный боевой генерал П.Х Граббе. Д.А. Милютин принимал участие в военных операциях против горцев, в том числе в экспедиции в Ахульго — столицу имамата Шамиля, которая после нескольких штурмов, ценой больших потерь, была взята отря-дом и разрушена. Известный художник-баталист Руббо оставил в память об этом событии одну из своих батальных панорам «Штурм аула Ахульго». В одном из боев Д.А. Милютин был ранен пулей в плечо с повреждением кости. Последствия этого ранения еще долго вызывали необходимость серьезного лечения. И все же он продолжал оставаться в от-ряде. За участие в боевых действиях Д.А. Милютин был награжден орденами Св. Станислава 3-й степени и Св. Владимира 4-й степени. Вернувшись в Петербург в чине капитана, Д.А. Милютин вступил в должность квартирмейстера 3-й гвардейской пехотной дивизии. С 1843 г. он — обер-квартирмейстер войск Кавказской линии и Черномо-рья. Опыт личного участия в боевых действиях, подкрепленный академическим образованием, позволил ему написать в помощь войскам «Наставление к занятию, обороне и атаке лесов, строений и деревень и других местных предметов», которое в то время было высоко оценено офицерами. Обращаясь сегодня к опыту «первой чеченской войны» с горечью можно отметить, что российским офицерам не хватало подобного «наставления» при проведении боевых операций бронетанковыми ко-лоннами за г. Грозный. В специальных служебных записках, посвященных войне на Кавказе, Д.А. Милютин писал: «С первых же дней похода, мне уже бросились в глаза многие слабые стороны нашего образа действий против гор-цев в тактическом отношении. Более всего меня поразили те невыгодные условия, в которых нашим кав-казским войскам приходилось вести борьбу. Тут же выказывалось то превосходство, которое следовало бы ожидать от европейского регулярного войска над неустроенными частями вооруженного населения, напротив того, превосходство было на стороне неприятеля». В 1845 г. Д.А. Милютин был назначен на должность профессора Императорской военной академии по кафедре военной географии. Через некоторое время он пришел к выводу о научной несостоятельности курса военной географии в программе академии вообще: «Чем больше я читал и обдумывал, тем более убеждался в том, что составлять специальную военную „науку" из одних чисто географических знаний — немыслимо». И Дмитрий Алексеевич становится основоположником новой дисциплины — военной статистики, которая учитывала с военной точки зрения все многообразие различных сведений о государ-стве, его территории, населении, государственном устройстве, финансах, вооруженных силах и т. д. Появлению нового курса предшествовала публикация двух обстоятельных статей: «Критическое ис-следование значения военной географии и статистики» и «Первые опыты военной статистики». Вторая работа была отмечена в 1850г. Демидонской премией. Для введения в курс академии нового предмета понадобилось всего два года. Обращаясь сегодня к военно-научному наследию Д.А, Милютина, следует отметить, что по существу, он принял эстафету от Н.Я. Данилевского и К.Н. Леонтьева, поддержал военную школу, в том числе Ва-силия Никитича Татищева, досконально изучившего древние истоки русской истории. Военная геогра-фия и военная статистика составляли в интерпретации Д.А. Милютина начала геополитики и заняли с его легкой руки четверть всего учебного времени. Академия Генштаба стала при нем авторитетнейшей куз-ницей научных кадров страны, и ее диплом был наиболее предпочтителен при назначении на любую го-сударственную должность. Этому способствовало открытие к двум существовавшим курсам в академии третьего, на который зачислялись офицеры, проявившие исключительные способности на первых двух курсах. Они получали звание «офицер Генштаба», особые знаки различия, ряд преимуществ по службе. Итоги Восточной войны и ее потери Д.А. Милютин предлагал локализовать и компенсировать за счет присоединения Туркестана, что означало выход на подступы к Индии, являвшейся основой могущества и одновременно ахиллесовой пятой Британской империи. В ней он видел главную опасность государствен-ным интересами России. Милютин был инициатором всех новых походов в Среднюю Азию, которые фактически осуществляли казачьи отряды, исчислявшиеся лишь сотнями человек. Результатом их дейст-вий становилась ликвидация феодальной зависимости среднеазиатских городов от кочевников. Русское присутствие на занятых территориях фактически не намного изменяло внутреннюю жизнь коренного на-селения, так как вмешательство в нее было весьма ограниченным. Занятие Россией стратегически важных исходных позиций, с которых казачьи полки в Мерве и Ташкенте могли угрожать Индии, заставляло анг-личан отказаться от военных авантюр в Европе, подобных Крымской войне. Наступательная война Рос-сии на Балканах (1877-1878) против Турции за освобождение славян стала экзаменом для ее геополитики и русской армии, которые она с честью выдержала. Дальше маневрирования английской эскадры Хорнби в Дарданеллах Англия не пошла. Имя Милютина неотделимо от истории русской военной геополитической школы. Среди офицеров Генерального штаба его последователями стали: Николай Михайлович Пржевальский (1839-1888) — ис-следователь Центральной Азии и Тибета; Алексей Николаевич Куропаткин (1848-1925) — исследователь Туркестана; Лавр Георгиевич Корнилов (1870-1919) — активный исследователь Восточной Персии, по-гиб при штурме Екатеринодара в гражданской войне; Андрей Евгеньевич Снесарев (1865-1937) завершил после Д.А. Милютина работу по формированию русской геополитической методики исследования и тихо угас 4 декабря 1937 г. Все они — ученики Д.А. Милютина по своему духу и по делам. Широкая эрудиция и научный подход к разрешению военных проблем выдвинули Д.А. Милютина на должность директора Канцелярии военного министерства при военном министре В.А. Долгоруком. Сме-нивший его Н.О. Сухозанет, возможно, видел в Милютине соперника и не позволил ему активно вклю-читься в работу военного министерства. И осенью 1856 г. новый командующий Отдельным Кавказским корпусом князь А.И. Барятинский предложил Д.А. Милютину пост начальника Главного штаба Отдель-ного Кавказского корпуса (в дальнейшем — Кавказской армии). Реорганизация управления войсками и военными учреждениями края, выполненные по предложениям Д.А. Милютина, сыграли положительную роль, а после пленения Шамиля в 1859 г. при штурме аула Гуниб, в котором принимал личное участие Д.А. Милютин, Кавказская война была закончена. В значительной мере именно Д.А. Милютину русская армия была обязана успешным завершением Кавказской войны. За боевые заслуги он был награжден ор-денами, произведен в генерал-лейтенанты и вскоре удостоен звания генерал-адъютанта. Служба на Кавказе позволила Д.А. Милютину проанализировать проблемы многолетней войны. Он пришел к выводу, что настоящая борьба на Кавказе и есть ни что иное, как продолжение борьбы христи-анства с исламизмом, варварства с просвещением и то, что «политика экономического приобщения стра-ны важнее политики силы, ибо если война делается народною, никакие условия материальные, никакие армии и победы не могут одолеть великой силы нравственной и материальной целого народа». По предложению А.И. Барятинского Д.А. Милютин в 1860 г. был назначен товарищем военного мини-стра, а после назначения Н.О. Сухозанета наместником в Царство Польское, он был утвержден военным министром. Двадцатилетняя его служба на этом посту была тесно связана с проведением глубокой воен-ной реформы. Необходимость ее была обусловлена поражением русских в Крымской войне и реформи-рованием армий Западной Европы. Реформы российской армии начались с сокращения срока военной службы в строю с 25 до 15 лет (из них шесть — на действительной и девять лет в запасе), отменой телесных наказаний в армии, улучшени-ем быта солдат и обучением их грамоте. Для тех, кто имел образование, продолжительность службы со-кращалась: для окончивших высшие учебные заведения — до шести месяцев, гимназию — до полутора лет, городское училище — до трех лет и начальную школу — до четырех лет. Замена рекрутского набора всесословной воинской повинностью стала стержнем этого раздела военной реформы. В запас стали ухо-дить молодые и обученные люди, что привело к сокращению кадров, стоящих «под ружьем» в мирное время при наличии достаточно обученного резерва. Последовавшая война на Балканах, когда в короткий срок была отмобилизована действующая армия, подтвердила разумность и своевременность этой меры. В 1881 г. общая численность армии достигала свыше 32 тыс. офицеров, около 900 тыс. солдат и 800 тыс. запасных, а к 1900 г. вооруженные силы насчитывали более 1 млн. человек, а численность подготовлен-ного резерва приближалась к 3 миллионам. Введение в 1864г. военно-окружной системы положило начало реорганизации системы центрального военного управления с распространением его прямого влияния на войска, дислоцированные на террито-рии обширной империи. При этом было обеспечено оперативное руководство войсками из центра, их са-мостоятельность на местах и быстрое развертывание армии в случае войны. Наряду с организационными вопросами реформирования армии Д.А. Милютин занимался и вопросами ее технического перевооружения. Армия переходила от гладкоствольного к нарезному стрелковому ору-жию. В 1868 г. на вооружение пехоты, кавалерии и казачьих войск стала поступать винтовка системы Бердана, а затем — системы Крнка и Карле. В 1867 г. в артиллерии появились первые нарезные орудия, заряжаемые с казны. Чугунные и бронзовые орудия заменялись на стальные. Д.А. Милютин неоднократ-но посещал заводы, выпускающие предметы вооружения и был твердым сторонником развития отечест-венной военной промышленности вместо закупок за рубежом. Однако, несмотря на все его усилия, зна-чительных изменений в обеспечении армии артиллерийскими системами не произошло, и к началу войны 1877-1878 г. русская полевая артиллерия еще значительно отставала от зарубежной. В 1863 г. было утверждено «Положение о сохранении воинской дисциплины и наказаниях дисципли-нарных», которое устанавливало порядок наложения дисциплинарных взысканий и определяло границы их применения начальствующими лицами. Впервые в русской армии были введены «Дисциплинарный устав» (1869) и новый устав «Внутренней службы» (1877). Дисциплинарная практика стала соответство-вать правовым нормам гражданских буржуазных законов, вызванных к жизни судебной реформой в стране. Были введены офицерские суды чести и офицерские собрания. От системы снабжения, при которой провиантские и комиссариатские департаменты были рассадни-ками злоупотреблений, армию перевели на снабжение Главным интендантским управлением, и резко со-кратили число чиновников. Были созданы неприкосновенные запасы на всех уровнях снабжения. Арха-ичная система хозяйства полка — боевой единицы русской армии, при которой командир полка едино-лично и безотчетно распоряжался расходованием полковых сумм, была заменена системой траты средств только на основании составленной предварительно сметы. Согласно закону, контроль хозяйственной дея-тельности осуществляли провиантские комиссии и выборные хозяйственные комитеты. Д.А. Милютин писал: «С этого времени полковые командиры перестали смотреть на хозяйство полка, как на собствен-ное, свое личное хозяйство». Это позволило увеличить размер солдатского пайка, оклады строевых офи-церов, для улучшения их финансового положения были введены офицерские заемные капиталы и военно-эмеритальная касса. По случаю введения всесословной воинской повинности Александр II направил военному министру именной рескрипт, в котором писал: «Тяжелейшими трудами Вашими в том деле и просвещенным на не-го взглядом Вы оказали государству услугу, которую ставлю себе в особое удовольствие засвидетельст-вовать и за которую выражаю Вам мою истинную душевную признательность. Закон, мною утвержден-ный и ныне обнародованный, да будет — при Вашем содействии приводиться в исполнение в том же ду-хе, в каком он составлен». Благодарность императора и слова, обращенные им к Д.А. Милютину, могут быть распространены на всю его реформаторскую деятельность. Известно, что военное строительство государства тесным образом связано с его внутренней и внешней политикой. Поэтому в вопросах, внутренней политики военный министр был сторонником буржуазных реформ. Так при обсуждении закона о печати в 1865 г., он был противником сосредоточения власти над прессой в одних руках — Министерства внутренних дел. Он выступал против проекта министра просве-щения Д.А. Толстого, стремившегося «под наружной оболочкой педагогической системы» сделать гим-назическое образование привилегией дворянства. Либерализм Д.А. Милютина в вопросах образования ярко проявился в создании военных гимназий, прогимназий, юнкерских училищ и женского образования. В 1872 г. он отдал приказ об учреждении при Медико-хирургической академии первых в России «Курсов для образования ученых акушерок», которые с 1876г. стали называться «Высшими женскими врачебны-ми курсами». Милютин был противником различного рода мер полицейского характера при решении во-просов стабилизации внутреннего положения в стране. Он выступал против усиления власти губернато-ров над местными органами самоуправления и распространения ее на судебную власть, как предлагал министр внутренних дел А.Е. Тимашев. Он справедливо считал, что ужесточение полицейских мер в ви-де тотальной административной высылки «неблагонадежных», не сделают их благонадежнее. Однако, Д.А. Милютин, будучи либералом умеренного толка, не исключал возможности преобразова-ний в границах самодержавного строя. Он был сторонником беспощадного подавления восстания в Польше и в этом вопросе оказался в одном ряду с генералом М.Н. Муравьевым (вешателем), министром государственных имуществ А.А. Зеленым и реакционным публицистом 1860-80-х гг. М.Н. Катковым. В вопросах внешнеполитической деятельности его путь определяется от неприятия военной геогра-фии, как науки необходимой офицеру Генштаба, через основанную им военную статистику к геополити-ке, которую он, если и не основал, о чем говорилось выше, то, безусловно, был глубоким ее разработчи-ком. Благодаря страстной убежденности в необходимости продолжения борьбы за Плевну в войне 1877-1878 гг., несмотря на неудавшиеся предыдущие три ее штурма, Д.А. Милютин смог преодолеть на воен-ном Совете сопротивление некоторых генералов во главе с великим князем Николаем Николаевичем, ко-торые полагали, «что кампания не удалась» и осаду надо снимать. Только последовательная аргумента-ция Д.А. Милютина, опирающаяся на необходимость взятия Плевны не в тактическом или стратегиче-ском, а именно в геополитическом плане, привела к напряжению сил в целях обеспечения ее падения. При этом необходимо отметить то, что сам Д.А. Милютин вместе с царем в течение семи месяцев нахо-дился на русско-турецком фронте и лично влиял на Александра II и военное командование в том направ-лении, которое считал необходимым. Д.А. Милютин внимательно следил за ходом внешнеполитических процессов. Желание обеспечить условия для завершения реформ заключалось в его программе необхо-димости сохранения мира в Европе и на Ближнем Востоке, т. е. там, где положение было наиболее неста-бильным и опасным. Восточный вопрос — краеугольный камень внешней политики России всегда был под его пристальным вниманием. В записке, посвященной судьбам Оттоманской империи, Д.А. Милю-тин обращал внимание на опасность распада этого государства. Он считал, что ни одна из европейских держав не должна претендовать на преобладающее влияние на Балканах, высказывался на недопусти-мость захвата проливов какой-либо одной страной и за объявление Мраморного моря и проливов ней-тральными. Иным был взгляд англичан, в том числе Уинстона Черчиля, на значение этого «мягкого под-брюшья Европы» в европейских делах. В Средней Азии Россия, по мнению Д.А. Милютина, должна была, вопреки мнению министра ино-странных дел A.M. Горчакова, действовать без постоянной оглядки на Англию. Практическим подкреп-лением этой мысли, кроме активного вхождения в Среднюю Азию, было соединение Оренбургской и Сибирской укрепленных линий, в результате чего Россия получила на этом направлении защищенную границу. Деятельность Д.А. Милютина в вопросах внешней политики носила прагматический характер, о чем свидетельствует трансформация его взглядов на русско-германские отношения. Победы немцев во франко-прусской войне и образование в 1871 г. германского государства с тревогой были встречены во-енным министром. Он помнил об угрозе России со стороны Германии и без одобрения относился к вос-торженным высказываниям Александра II по поводу успехов немецкой армии. Однако, когда царское правительство из-за возникших в дальнейшем англо-русских противоречий и военной слабости России, взяло курс на сближение и восстановление союза с Германией, Д.А. Милютин поддержал этот курс. Он завершился восстановлением «Союза трех императоров». В последний год своей службы на посту воен-ного министра Д.А. Милютин отошел от прогерманской позиции. За свою военную деятельность Д.А. Милютин был награжден всеми российскими орденами, включая орден Св. Апостола Андрея Первозванного, и многих зарубежных наград. Он состоял почетным прези-дентом Академии Генштаба и Военно-юридической академии, почетным членом Академии наук, Артил-лерийской, Инженерной и Медико-хирургической академий. Покушение на Александра II в 1881 г. стало причиной перехода правительства Александра III к откры-той реакции. Манифест о «Незыблемости самодержавия» предопределил переход к контрреформам. Д.А. Милютин был вынужден уйти в отставку. В этом же году он покинул Петербург и поселился в своем имении — в Симеизе. Однако, в 1880-90-е гг. он встречался с Александром III и Николаем II, великим князем Константином Николаевичем. Его посещали министр финансов С.Ю. Витте, министры иностран-ных дел Н.К. Гире и В.Н. Ламздорф, дипломаты А.Г. Жомини, А.И. Нелидов, П.А. Шувалов. О его заслу-гах в 1898 г. вспомнил Николай II и в дни торжеств по случаю открытия памятника Александру II в Мо-скве Д.А. Милютин был произведен в генерал-фельдмаршалы. За эти годы он побывал практически во всех европейских странах, живо интересовался военным воздухоплаванием, проводил время среди книг. Скончался Дмитрий Алексеевич 25 января 1912 г. и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Мо-скве. Дневники и воспоминания по его завещанию были переданы на хранение в Императорскую акаде-мию Генерального штаба. Милютин Дмитрий Алексеевич родился 28 июня 1816 г. С юных лет отличаясь огромным трудолюби-ем и высоким интеллектом, он всю жизнь сохранял свои благородные фамильные традиции, ища в умст-венном труде высшее наслаждение. Из всех человеческих страстей он имел одну страсть - трудиться! За свои 96 лет жизни Д.А.Милютин проделал такой громадный объем работы, который сложно уложить в одну жизнь. При нем правили Российской Империей Александр I, Николай I, Александр II, Александр III и Николай II. При этом он достиг самых больших высот в российском обществе XIX - начала XX в., по-лучив графский титул с нисходящих потомков, а также чины генерал-адъютанта и генерал-фельдмаршала, стал членом Государственного Совета. В семнадцатилетнем возрасте Д.А.Милютин окончил Московский университетский благородный пансион (1833 г.), после чего добровольно поступил на службу фейерверкером в лейб-гвардии 1-ю артил-лерийскую бригаду. По экзамену был произведен в прапорщики гвардейской артиллерии. Милютин, бу-дучи хорошо подготовлен в профессиональном отношении, поступил в Императорскую военную акаде-мию сразу в старший класс. В 1836 г. окончил ее с малой серебряной медалью, и его фамилия была зане-сена на мраморную доску академии. Спустя три года (1839 г.) он откомандировывается в отдельный Кавказский корпус и принимает уча-стие в многочисленных боях против горцев. Он был ранен при Ахмет-Тала (10 мая 1839 г.), а за боевые отличия при Ахульго пожалован капитанским чином. В 1843 г. он становится подполковником и назна-чается обер-квартирмейстером войск Кавказской линии и Черномории. Однако в 1845 г. Д.А.Милютин был вынужден
